?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Сверхскопление Девы

Гипердвигатель искривления устало позвякивал в ночных сумерках. Марсианская атмосфера пропускает куда больше света от звезд, чем самая ясная ночь на вершинах гор Земли. Мы же стояли на Олимпе - нет во всей солнечной системы точки выше этой, настолько велик этот вулкан, что со взгляда с подножья кажется бесконечным склоном, уходящим в дебри горизонта. Агния повернула рычаг ручного включения, двигатель начал слабо светиться, одновременно увеличивая частоту мелодичного звона.
- Пять минут до образования сверхтоннеля, - исин корабля появился на верхней корме в виде филина, сидящего на крыше готического храма.
Агния подошла к распахнутому люку, из которого струился фиолетовый свет с вкраплениями нысыщенных молочно-белых всполохов, который скорее напоминал по поведению воду в невесомости, нежели однонаправленный ветер фотонов.

Я перевела взгляд с пронизанного словно иглами света неба на готовящийся к старту корвет. Глядя на стоящую во льющимся свете Агнию, я невольно подумала о том, что над головой непроницаемый черный шар, который пробило множество червоточин, откуда и льется этот свет. Океан света, великое множество черных шаров в его водах. И до существ, живущих в этих непроницаемых шарах - доходит лишь мизерная часть настоящего света мира: при помощи звезд. Улыбнувшись про себя, я поднялась и подошла к сестре.

Внутри корабля стояло покрытое воском изваяние сынов Тиамат в виде двух растущих марсианских лун, расположенных друг за другом и перечеркнутых линией теминатрора ровно посередине. Это было не столько изображение марсианских лун, сколько земной -  дань колыбели человечества и Луне. Той, под сиянием которой лилось столько песен и катилось столько слез.
Рядом, под пестрым фиолетовым одеялом, лежала старинная книга на бумажной основе. На ней лежала роза, сияя невыносимо алым светом. Разумеется, все это было голограммной. "Но если кто-то и скажет мне, что голограммы или сны чем-то хуже, чем плотноматериальный объект - то... я не знаю, просто пожму плечами. Потому что - это не правда. Да, лис?"

Нефелим посмотрел на меня озорным взглядом, как любил делать - не ответив. Сверкая белой шерестью и лисьей интересующейся мордой, он теперь глядел на филина. Эти двое особенно ладили, хотя по характерам были дальше, чем... не люблю сравнений. Пожалуй, я стала слишком сентиментальна и волосы мои уже покрылись белыми прядями, чтобы я могла по настоящему понять исинов. Ведь сама не могла определить, где же кончаются мысли моего, а начинаются - его мысли.

Я помнила эту ночь до последней мелочи. Мы провожали корвет Этана - дитя из числа Тиамат. Ариандны редко их понимают, но я - поняла. И уже тогда полюбила их всей душой. Этан в своей жизни хотел совершить только одно - выйти в сверхскопление Девы, в свой последний час. Но даже после его смерти прошла сотня лет, прежде чем появились такие технологии. Но теперь они  были - и мы с сестрой провожали его прах и исина в последний путь. Исин Этана по имени Дин сотню лет ждал этого момента. Порой я думаю - каково исинам. Симбиоз, что связывает наши виды под конец становится столь прочен, что может быть назван любовью. Мы посчитали сколько времени лететь на двигателе искривления до центра местного сверхскопления галактик, но молчим. Мы знаем, что торжественность есть в ходе мгновений, равно как и в почтенности времени. Когда он долетит до центра Суперкластера Девы, Землю уже поглотит краснеющее Солнце. Разве останется Клио и память о ней? А он будет вечным странником, имеющим цель, но при этом идущим без цели. И исин. Который увидит так много, что станет одним из древнейших хранителей Вселенной.

Корабль закрыл шлюз и залившись фиолетовым сиянием сорвался с земли и унесся в небо, словно мячик, что прижимали ко дну в глубинах озера, а потом отпустили на свободу. И лицо Агнии - смотрящему ему в след, туда, где засияло геометрическое скопление из линий света. Мы зовем их мандалами, как и раньше, в древности. Так работает двигатель искривления - проходя первую ступень, он создает уплотнение в геометрической форме четырхмерного пространства. Срез этого четырехмерного объекта в трехмерном - выглядит как двухмерная мандала. Знание никогда не исчезает полностью - цивилизации следуют одна за другой и передают друг другу это знание в песнях, традициях и фольклере. Но вся ирония заключается в том, что пока это знание не будет открыто заново, никто не сможет его понять в наследии предшественников. Мысли путаются. Похоже, начинается процесс пробуждения.

Агния распалась на светящийся свет, горы поплыли, словно по акварельному холсту провели мокрой кисточкой. Еще пару мгновений. Еще чуть-чуть.
Клио открыла глаза и посмотрела сквозь резервуар сонамбулической гидрованны на приборы.

- Моя последняя загадка, Бетельгейзе. Здравствуй...